V4x3 l 1514985114602

А ровно через два года – в августе 1998-го его 2-летний контракт с клубом великого Дражена Петровича закончился. Кисурин вошел в пятерку лучших легионеров в истории клуба.

Мы продолжаем публиковать 4-серийную сагу о потрясающих приключениях русского баскетболиста в Хорватии.

Часть 3. Окончание завтра на сайте "Советского спорта"

«ТЫ МЕНЯ УСТРАИВАЕШЬ, ЭТО БЫЛА ПОЛИТИКА»

Следующий сезон начался с больших перемен. Все думали до последнего, что Репеша все-таки останется. Он даже хотел пригласить на место разыгрывающего Сергея Базаревича – чтоб была сыгранная русская связка. Клуб мог себе позволить пригласить еще одного иностранца, я ведь уже был хорватом. Но легенда «Цибоны» Александр Петрович, старший брат великого Дражена, вдруг остался без работы. Он довел «Каха Сан-Фернандо» до финала чемпионата Испании, где они проиграли то ли «Реалу», то ли «Барсе». Дал отличный результат. Но с ним почему-то не продлили контракт. Петрович вернулся домой, авторитет у него в Хорватии огромный. Видимо, какие-то шаги он предпринял, и за месяц до начала сезона Репешу убрали, а поставили Петровича.

Меня Петрович часто критиковал в прессе в прошлом сезоне: мол, мало забиваю и «Цибоне» нужен другой игрок. Я первым делом, как только в конце июля приехал в Загреб после отпуска, сразу пришел к нему поговорить. Мол, если вам не нужен, то скажите сейчас, чтоб я успел найти другую команду, несмотря на то, что у меня еще год контракта с «Цибоной».

- Ты меня устраиваешь, это была такая политика, чтобы свалить Репешу, - пояснил Петрович. – Ты отделяй, что я говорю публично и что говорю тебе. Ты сейчас хорват - это большой плюс. Мы возьмем сильного разыгрывающего - легионера.

И взяли Чакки Эткинса, маленького американца, который потом в НБА ушел на хороший контракт после двух сезонов в «Цибоне».

ШОКОВАЯ ТЕРАПИЯ

Подготовка к сезону началась на неделю позже, чем в прошлом году. «Я не верю ни в какое втягивание в сезон, поэтому у нас будет сразу шоковая терапия», – заявил Петрович.

Но после Репеши эта терапия показалась мне легкой прогулкой. Потом команда отправилась в турне по Испании, куда не взяли основного разыгрывающего прошлого сезона, любимца Репеши - Мулаомеровича.

Петрович избавился от игрока, соотечественника Репеши. Они оба – герцеговцы. Это такой народ – промежуточный между боснийцами и хорватами. Был в команде и еще один из диаспоры герцеговцев – Алиходжич. Но его Петрович не тронул – Алиходжич был единственным центровым.

В Испании мы проиграли все матчи. Аткинс первый год играл в Европе, думал, он такой великий из Америки приехал, начнет феерить. Но его тактически грамотно перекрывали с помощью подстраховки. Он даже пас не мог отдать из этой коробочки. По возвращении в Загреб Мулаомеровича вернули.

Вот эти два разыгрывающих весь сезон и собачились. Выходит Мулаомеровича – одна игра, выходит Аткинс – другая. Они совершенно разные по манере, по темпу. Мулаомерович пешком ходит, иногда треху бросит, все неспешно. Аткинс – типичный американец, прет под кольцо, все время старается один в один обыграть.

Результаты были, как и при Репеше – дома выигрываем, на выезде проигрываем. Хотя состав посильнее, чем в прошлом сезоне. Велько Мршич вернулся из Италии – один из лидеров сборной. На мою позицию подписали ветерана, который тоже играл за границей. Два разыгрывающих, оба – основные.

В общем, все позиции усилили, а результата нет. Начались поиски виноватых. Сначала на Мулаомеровича «погнали», потом на Аткинса – не тянет американец, потом на меня – мало забиваю. Ближе к Рождеству мы собрались всей командой без тренеров и поговорили по душам с этими разыгрывающими. Мол, все мы баскетболом зарабатываем, давайте заканчивать с вашими конфликтами, это плохо сказывается на игре.

Они немного повозражали: мы стараемся, по-другому играть не можем. Но вся команда твердо сказала – можете! В противном случае мы вам устроим веселую жизнь.

ЦАРЬГРАД И АД В БЕЛГРАДЕ

И результаты пошли в гору. Обыграли на выезде очень сильный «Тимсистем», затем «Альбу» - в Берлине. И сумели зацепиться за место, которое дало право играть в следующем этапе. На втором групповом этапе нам попался белградский «Партизан». Это была первая встреча после войны каких-либо сербских и хорватских команд в каком-либо виде спорта.

В Белград полетели чартером, с нами почти все руководство клуба, несколько бойцов спецназа, какие-то высокие военные чины, даже пара генералов.

В легендарном «Пионере», понятно, на игре аншлаг - песни, задирающие хорватов. Но понять что-то в этом жутком шуме было сложно. Потом мне сказали, что во время представления команд, когда меня объявили, фанаты кричали мне: «Продажная шкура».

Необычное положение было у Петровича. У них же с великим братом Драженом отец – сербский офицер, а мать хорватка. Он давал политкорректные интервью – называл Стамбул Царьградом на сербский манер. Как бы показывал этим, что он свой.

«ЧЕРЕЗ 15 МИНУТ ВСЕ БЫЛИ ПЬЯНЫЕ»

Мы выиграли. Болельщики долго бегали вокруг дворца, хотели нас наказать. Два часа мы просидели в душной раздевалке. Потом сели в автобус, по дороге нас забросали камнями, но стекла не разбили – обошлось.

Подвезли прямо к трапу, быстренько загрузились и полетели.

Лететь меньше часа. Но в этот день у президента клуба был день рождения, плюс выиграли в Белграде…

Выкатили нам столики со спиртным. Из закусок только орешки. Время уже заполночь, а ели мы последний раз в два часа дня.

С устатку алкоголь подействовал быстро, плюс напряжение спало. В общем, через 15 минут все были готовы. И не только игроки. При посадке никто не был пристегнут, президент клуба упал на пол. Чтоб сохранить лицо, кто-то выкрикнул, что надо делать гусеницу. Все завалились в проход, стали на колени, каждый держит за ноги переднего. Но самолет маленький, места для такой гусеницы мало – два шага вперед, упираемся в стену. Потом все привстают, долго в тесноте прохода разворачиваются, два шага в другую сторону – и вновь стена.

Но самое жуткое было в аэропорту. Нас встречало телевидение, оркестр, а вся делегация изрядно навеселе. Танцы вприсядку, катание на ленте для чемоданов. Причем катались все, включая генералов.

На следующий день Мршич пригласил после тренировки нас домой. Его жена поставила кассету и показала нам все, что было в аэропорту. Жуть! Стало стыдно.

Сколько прилетал в Хорватию после этого, пытался паспорт подать, а мне: «Женя, да кто ж тебя здесь не знает?! Проходи». Багаж хочу поставить на досмотр, а они: «Не надо. Вот такси – тебе туда».

А несколько лет после этого еще и ленту вспоминали: «На ленте сейчас не катался? Ну иди».

Через день игра в чемпионате Хорватии. Я забил 30 очков. Петрович говорит после матча: «Может, тебе надо почаще пить водку?».

Тут объяснение простое. Наши маленькие от мяча избавлялись, и отдавали, порой, кому придется. Ну я и получал по пять-семь мячей в руки за матч. А тут двадцать отдали, вот они в очки и превратились.